Радость общения

Ответы на вопросы ставят перед нами следующие, не менее интересные: а зачем это все? для чего природа дала это человеку как «венцу» своего творения? и «венец» ли он? почему так несовершенен мир, созданный человеком? откуда в нем столько зла? что есть Бог? как спасти природу от разрушения человеком?

В заключение хотелось бы выразить огромную благодарность авторам за оказанную честь работать с ними. Месяцы ночных бдений над книгой были вознаграждены искренней радостью общения со столь умнейшими и замечательными людьми, настоящими Учителями, Леонидом Александровичем Фирсовым и Александром Максимовичем Чиженко — вым. Хорхе Луис Борхес назвал книгу «Наше знание окружающего мира» Уильяма Джеймса книгой «нечеловеческой ясности, возбуждающей жажду знания». Интересно, что бы он сказал об этом труде? В этой книге дана логическая предпосылка к тому, что человек в целом никогда «не увидит» и «не узнает» о подлинной «кухне» своей психики, о том, как и что он делает, хотя мне кажется, что именно в ней и сделан большой шаг в сторону истинного знания.

Вундтом и Бериташвили, но не в таком смысле как у нас в этой книге. Так, совершенно неудовлетворительно то, что Пиаже объясняет поведение ребенка словом Несохранение; далее он не считает нужным разъяснять, что это такое. Несохранение совершенно не физиологическое слово. Мы попытались перевести термины такого рода, как у Пиаже, так и в других случаях, на язык физиологии.

Так как статьи этой книги писались нами в разное время, и независимо друг от друга, то во Введении нам пришлось указать на некоторые поправки. Также Введение содержит и новый материал. Ребенок может думать, что он нарисовал вот этот предмет, а нарисовал он смесь своего намерения и своих возможностей. А не чувствует он различие по причинам, заложенным в самой конструкции нашего мозга, кратко говоря, по причинам логики работы НС. Она нечувствительна к операциям, хотя бы как-то ставящим под сомнение саму эту логику, ее применение нами к внешним объектам. Мы можем применять логику, но мы не можем анализировать, почему она так делает, ибо получится круговое определение, известное в математике как “порочный круг в доказательстве”.