Поведение обезьян

В этой книге мы рассматриваем пример несистематичное в поведении обезьян. Обезьяна должна разделять все подзадачи и скрывать их же как рабочие, предварительные швы. Но она не может этого сделать. Скрыть же швы, популярно говоря, надо затем, чтобы не «спотыкаться» о них. Она не может разделить это потому, что в ее уме задача с самого начала не является психологическим фактом, не является комплексом частей с причинными связями, целое в этой задаче — не есть из чего-то соединенное. Обезьяна, в высшем смысле этого слова, “не видит" банки под ящиком, и то, что они мешают. Она не видела, вот простое объяснение, всю задачу как соединение из частей. Человеческий подход к задаче принципиально соединяющий, недаром ребенок говорит: «А как сломать эту игрушку?». Причина нам видится в развитии у человека понятия «отдельного» и понятия «предмет». У животного же нет понятия отдельного предмета. Вот, что является высшей психической способностью человека.

Мы, когда что-то видим, видим все как отдельные предметы и как связи этих предметов, и отсюда мы почти мгновенно делаем ВЫВОД. Мы сразу для себя определяем, что, куда, зачем, и что за чем следует. Это и есть акт мышления. Но в главе 3 мы установили, что узнавание чашки требует видения ее немногих, но ОСНОВНЫХ аспектов, по которым предмет хранится в памяти, например, такого основного характерного признака как выемка вверху у чашки. Этого нет — нет и в целом видения чашки, так как «чашка» есть синтез аспектов. «Видеть» можно то, что мысленно уже было на предыдущем шаге Разбито на части, на причинные зависимости. Ребенку же все это внове, впервые, всякое разбивание на части — новый процесс, он в стадии оформления, закрепления важности, и потому, как слабые стадии, все эти частные аспекты, все разбиения преувеличены. Любая система, называемая мышлением, «видит» разъединение-соединение. «Видеть» предмет — это мгновенно соединить все его аспекты. Что же в мозге шизофреника К. было сломано, из-за чего он не мог отсоединить целостное поведение от его частностей? Мы предположили, что причина — слабый процесс торможения частей. Это очень важная процедура у здорового мозга, скорее всего она в лобных долях коры, как это показал на крысах Лешли. Роль лобных долей коры — и соединять части, и скрывать швы, то есть, скрывать то, что целое всегда состоит из частей.